О том, чей ребенок обосрался


В … году в журнале "Психотерапевтический вестник" так и не была опубликована написанная специально для него статья Андреевой Ю. И. "Графомания как синдром" . И этот прискорбный факт ставит практически непреодолимую преграду между автором данного текста и его возможными читателями (если, конечно, найдутся охотники читать текст человека, принципиально не способного текст создать… Но об этом далее). Упомянутая статья содержит подробнейшее описание феномена графомании и могла бы послужить моделью для описания других форм извращенного отношения к порождению текстов. В частности, в паре с этой статьей должна существовать статья под названием "Графофобия как синдром". И, в каком-то смысле эти тексты действительно сосуществуют: статья ненаписанная очень удачно соотносится с неопубликованной. Хотя работа, написанная о феномене графофобии изнутри вопроса, может существовать исключительно в том варианте, в каком она уже существует, то есть, не будучи записанной. Ее печатный вариант был бы опровержением ее содержания.
Текст, который находится перед вами, в некотором роде, и является опровержением самому себе, так как из мутных намеков и довольно корявых объяснений мы все-таки понимаем, что автор знает о графофобии не понаслышке. То есть, этот текст создан человеком, принципиально к созданию текстов не способным! Но этот случай является тем самым исключением, которое только подтверждает правило, так как здесь мы имеем дело с вынужденным текстопорождением (то есть, создание текста вызвано не внутренними, а внешними, и притом значительно жесткими причинами). Данная, с позволения сказать, "работа" служит ярким примером того, что получается на выходе, если закоренелому графофобу все же приходится заниматься тем процессом, итогом которого у нормальных людей становится более или менее художественный текст.











Appendix I

ГРАФОМАНИЯ КАК СИНДРОМ
(Фрагмент)

Общеизвестно, что синдром является устойчивым комплексом симптомов, наблюдающихся у лица, страдающего синдромом, в течение продолжительного времени.
Графомания как синдром до сегодняшнего дня исследовалась в основном такими корифеями художественной литературы, как Альбер Камю ("Чума"), Ф.М. Достоевский ("Бесы", "Братья Карамазовы", "Бедные люди"), и другими, не менее прикольными, писателями.
Однако ни разу в практике автора не встречалось серьезного научного исследования на эту тему. Восполнению этого вопиюще зияющего пробела и посвящена настоящая (несомненно, талантливая) статья.
[…]
Еще одним классическим симптомом графомании как синдрома является навязчивое стремление к созданию якобы художественных текстов разных жанров.
[…]
Фоном для развития синдрома, как правило, служат неврозы различной этиологии, в частности ситуативно обусловленные, любовные переживания и т.д. Впрочем, бывают и врожденные случаи: Герцен, Чернышевский, В.И. Ленин. С некоторой натяжкой сюда же можно включить Дж. Х. Чейза и А. Маринину.
Классикой клиники графомании как синдрома является случай больной J., интенсивность проявления всех указанных симптомов у которой стремится к максимальной. Больная не менее двух часов ежедневно посвящает упражнениям в эпистолярном жанре, рассылая плоды своего больного воображения по городам и весям родной страны, способствуя тем самым обогащению почтовой конторы России.